Олигарх Мельниченко: Россия выбирает гибридный суверенитет. Кремль окончательно разочаровался в Западе?

Попытки Кремля апеллировать к Западу, объяснить риски, которым подвергнется мир в случае, если военно-политическое давление на Россию продолжится, и вернуться на роль младшего партнёра, периферии, как это было до начала конфликта, похоже, терпят неудачу. «Старший брат» по-прежнему лелеет мечту нанести Москве поражение?

Такой вывод можно сделать после просмотра интервью бизнесмена Андрея Мельниченко Дмитрию Саймсу в программе «Большая игра» на Первом канале, где автор нашумевшей статьи в британском журнале Economist заговорил о гибридном суверенитете, который в его понимании заключается в возможности «принимать свои решения в своих интересах».

Мельниченко констатировал, что сломать Россию извне врагам не удалось: экономическая система, несмотря на санкции, выстояла, политическая (судя по проведённым выборам?) - тоже. После обеспечения внешней безопасности, для развития реального суверенитета важными становятся «внутренние вещи».

«Это значит дать горизонт планирования своим гражданам, дать предсказуемость - это один. Номер два — возможность развиваться, развивать свои технологии, возможность развивать средства производства, свою какую-то промышленность, возможность развивать систему образования», — пояснил бизнесмен своё видение.

При этом он высказался против автаркии — тотальной самообеспеченности. Достаточно иметь собственный блок критических технологий, владеть базовыми средствами производства, а по другим направлениям иметь несколько надёжных поставщиков. Соблюдение баланса позволит сохранять независимость без замедления темпов развития.

Таким образом, Мельниченко уже для российской аудитории продолжил развивать позитивный тезис своей статьи в Economist, который сводится к необходимости признания Западом «суверенной, предсказуемой и сильной России», которая не скатывается в изоляцию или хаос, а выступает как самостоятельный полюс многополярного мира.

Негативные варианты в том его тексте: поражение и унижение России по аналогии с Веймарской Германией и последующим реваншем, уход «под Китай», распад страны, обладающей громадным ядерным арсеналом, или превращение в закрытую крепость по аналогии с Северной Кореей - призваны были оттенить здравое предложение Москвы.

Мог ли Мельниченко связаться с Economist по собственной инициативе? Сомнительно, так как олигарх никогда не был замечен в политических играх. Это его дебют. Приглашение в прайм-тайм российского телеканала безошибочно указывает, что он выступил своего рода гонцом, посланником. Чьим? Внешнюю политику в РФ определяет президент.

Для чего вообще понадобилась «суверенная» линия Мельниченко? Видимо, как антитеза противоположному курсу, представленному другим бизнесменом — Кириллом Дмитриевым, настойчиво предлагавшим супостату разработку богатств Сибири, строительство тоннеля под Беринговым проливом и тому подобные жирные проекты.

Политически линия Дмитриева замыкалась на дух Анкориджа. России пообещали принудить Киев к отступлению, а в обмен Кремль, кажется, был готов почти на всё — замириться, а затем с удвоенной силой эксплуатировать страну на пару с американцами. Но поскольку Трамп не смог или не захотел дожать Украину, розовые мечты пришлось оставить.

На субъективный взгляд, оба эти вектора, будь они реализованы, приведут примерно к одному и тому же результату, поскольку представляющие их люди типологически похожи, как братья-близнецы. Они лишь подходят к проблеме с разных, противоположных сторон. Один — как бы с патриотического фланга, другой — с открыто либерального.

Мельниченко, бывший организатор обменника валюты, вовремя подсуетившийся во время приватизации советской индустрии и ставший миллиардером, живший в Монако, Швейцарии и эмирате Рас-эль-Хайма гражданин ОАЭ, мало подходит для рассуждений о будущем России. Пусть сначала сдаст чужой паспорт и переселится в Братеево.

Уроженец Киева Дмитриев, попавший с юных лет по обмену в США, выпускник Стэнфорда и Гарварда, топ-менеджер крупнейших американских банков и компаний, включённый в 2010 году в список молодых глобальных лидеров форума в Давосе, идеологически и политически тоже, скорее, на той стороне (Чубайс ведь тоже был советником президента).

Контрагенты обоих глобально ориентированных бизнесменов им под стать. Зять Трампа Кушнер и бизнесмен Уиткофф, глава русской редакции журнала Economist Аркадий Островский и бывший советник президента США Никсона Дмитрий Саймс. Что может «сварить» для России подобная компания, кроме возврата в 90-е?

Тем не менее именно эти "двое из ларца — одинаковых с лица" двигали и двигают до сих пор повестку Кремля. Во всяком случае, публично. Разве что перспективы линии Дмитриева на «продажу» Родины стали совсем туманны, а более приличный гибридный суверенитет, проповедуемый Мельниченко, вынужденно обретает всё более ясные черты.

Ключевое слово — «вынужденно». Складывается впечатление, что управляющий класс РФ не в восторге от необходимости закрывать страну и строить действительно независимый мировой полюс. Если четверть века пылко желать вписаться в Запад, развернуться на 180 градусов трудно. Да и времени мало: надо было раньше начинать, а теперь...

К тому же одного желания мало. Нужно ещё и суметь. Тот, кто однажды уже воспринял свалившиеся на него чуть ли не случайно власть и богатство как законный дар небес и решил прожигать жизнь, вряд ли станет, стиснув зубы, трудиться, недоедать, недосыпать, ночевать, как Феликс Дзержинский, в рабочем кабинете.

Сам факт апелляции к Западу, попытки «договориться», пусть и с позиции силы, уже свидетельствуют о внутренней неготовности к полноценной самостоятельной политической роли. Требуется, чтобы кто-то извне согласился, одобрил, узаконил, легитимировал российский полюс силы. Тогда это будет по-настоящему — барин сказал.

(Не так поступали большевики. Они не оглядывались на Запад — строили свою страну, делали её внутренне сильнее, старались быстрее преодолеть отставание - иначе нас сомнут, и спокойно дождались момента, когда к ним выстроилась очередь желающих иметь равные отношения).

Реализация озвученной Мельниченко идеи гибридного суверенитета, возможно, лучший вариант из возможных при существующем управляющем классе, чьё политическое целеполагание - ориентация на власть и обогащение немногих - никуда не исчезло. Любой другой вариант приведёт к ещё более варварскому разбазариванию страны в стиле 90-х.

Выбор между плохим и худшим предлагают россиянам те, кто стоит за спиной миллиардера Мельниченко. Для иного варианта субъектом истории должен быть его величество народ.