Борис Титов: бессрочный безвизовый режим с Китаем не заставит себя ждать

—ВЭФ становится площадкой не только для Дальнего Востока, но и для формирования новых экономических связей России. Какие главные впечатления у вас от форума? 

— Главное — вновь устоявшиеся геополитические схемы продолжат конвертироваться в максимальную выгоду всех участников.

—Традиционно на ВЭФ обсуждались темы нашего сотрудничества с КНР, но также с Индией, АСЕАН, КНДР, Южной Кореей. Где вы видите наиболее недооцененного партнера для РФ? 

— Индия с каждым годом занимает все более заметное место в мировой экономике, становится все более технологичной страной. Разумеется, нам нужно сотрудничать еще более тесно, чем это происходит сейчас. А вообще, партнеров можно оценивать по разным параметрам. С одной стороны, хотелось бы иметь максимальный доступ к полезным технологиям Южной Кореи. А с другой — рабочая сила КНДР нам сегодня тоже не менее полезна.

—Проблема платежей с нашими партнерами из Азии обсуждается не первый год. Какое решение вы считаете наиболее реалистичным в ближайшие два-три года?

— Я думаю, здесь можно даже не гадать. Платформа трансграничных платежей, привязанная к криптовалюте, уже успешно работает, и в условиях, когда недруги пытаются закрывать одну лазейку за другой, инструмента надежнее я не вижу. Это, конечно, при допущении того, что за два-три года в геополитике ничего не изменится.

—Кризис вокруг Ирана, Ормузского пролива серьезно изменил мировой рынок энергоресурсов. Какие новые возможности это открывает для России и успеваем ли мы ими воспользоваться?

— Возможности воспользоваться политикой Трампа на Ближнем Востоке весьма ограничены во времени. Мы ими разумеется, пользуемся, но глобальные поставки энергоресурсов — это не фуру загрузить и отправить в обход проблемного перекрестка. Для нефти и газа важнее трубопроводы, чем танкеры. Кризис вокруг Ормузского пролива может закончиться так же быстро, как начался. Полагаться на него как на фактор долгосрочного планирования вряд ли разумно.

—Санкции заставили российский бизнес быстро искать новые рынки. Что из этих изменений уже стало необратимым, даже если отношения с Западом улучшатся? 

— Нас заставили "распробовать" Китай: не ширпотреб, а серьезное оборудование, и, распробовав, мы поняли, что с этой стороны созрела очень серьезная конкуренция по качеству Старому Свету. Это обстоятельство уже никуда не денется, даже если к нам вернутся все прежние производители с Запада.

—Если говорить о нашем несырьевом экспорте, вы ранее отмечали, что российское вино все увереннее выходит на зарубежные рынки. Какие страны наиболее перспективны для его экспорта?

— Знаете, в последние годы российские производители "прогремели" на профессиональных конкурсах в совершенно разных частях земного шара. Профессионалами наш уровень уже признан. А вот получить признание у массовой аудитории — это другая история, более инерционная. Думаю, в ближайшие годы мы, российские виноделы, будем продолжать пытаться достучаться до покупателей в Китае, в Турции, на Ближнем Востоке, в Южной Америке. Там постепенно увеличивается средний класс, который готов экспериментировать. Ну и, разумеется, продолжаем полагаться на страны ЕАЭС.

—Вы недавно обсуждали с американской стороной будущее мировой повестки после 2030 года. Может ли устойчивое развитие стать той сферой, которая позволит России и США вести конструктивный диалог?

— Безусловно, может. Потому что после 2030 года, когда мир будет определять новые принципы устойчивого развития после истечения 15-летнего цикла, нужно будет подходить к накопившимся нерешенным проблемам с куда большим прагматизмом, чем раньше. Но давайте дождемся ноябрьских выборов в Конгресс США и тогда уже составим заново список тех тем, которые нам что-то позволяют и не позволяют. 

— Миграция — часть повестки устойчивого развития ООН. Как вы оцениваете миграционную политику России, нужна более системная стратегия трудовой миграции?

— У нас уже появилась более системная стратегия. Со следующего года многое изменится. Единственное, меня, как работодателя, настораживает очень большая роль в организованном наборе, которая отведена МВД. Я боюсь, излишняя бюрократия все сильно усложнит, стоило бы дать работодателям больше гибкости.

—Безвизовый режим РФ с Китаем продлили до конца 2027 года. Разделяете ли вы мнение, что его нужно сделать бессрочным? Какой эффект, в том числе в цифрах, уже отмечается?

— За первое полугодие Россию посетили более 380 тыс. граждан КНР, это на 20% больше, чем за тот же период 2025 года. Более половины всего въездного туризма в Россию сегодня обеспечивается именно китайской стороной. Взрывной рост посещений наблюдается именно на Дальнем Востоке, Москва и Санкт-Петербург нашими друзьями и без того были хорошо освоены. Есть положительная динамика в регионах Сибири, Краснодарском крае, Татарстане, Калининградской области. Россияне, в свою очередь, совершили за полугодие 1,62 млн поездок в Китай. Рост сразу в полтора раза. Нужны ли еще аргументы в пользу безвиза? Думаю, решение сделать его бессрочным не заставит себя долго ждать.

—Строительство "Силы Сибири — 2" обсуждается уже определенное время, но решения пока нет. Как вы считаете, сделка будет подписана в обозримые год-два?

— Этот вопрос точно не ко мне.